Информационно-справочный портал Оренбургской области
Рубрики

Арт-терапия. Часть 1

ЛИМФООЧИСТКА

Я сторонница здорового образа жизни. Занималась бодифлексом, потом мы с мужем увлеклись йогой. На втором году занятий практиковали серию чисток организма. Последней была лимфоочистка. Мы парились в сауне и пили только фреши. Когда вскоре после этого у меня воспалился лимфоузел на шее, я подумала: «Наверное, попала на сквозняк после сауны». Пропила по совету терапевта лимфомиозот, и воспаление прошло. Однако самочувствие оставалось неважным. Я температурила, стабильно держалось тридцать семь с «копеечкой». Пришла мысль, что я могла подхватить какую-то инфекцию в недавней командировке во Вьетнам. Работая в крупной корпорации, я ездила туда открывать офисы. А страна со специфическим климатом, кишащая насекомыми. Но это были лишь предположения. Врачи особых проблем со здоровьем не находили.

Солидным решением для важных мероприятий может быть плазменная видеостена Orion в аренду на требуемый срок. Такой подход позволит сэкономить финансы и получить хороший результат.

На следующую зиму я сильно простудилась, опять стали беспокоить лимфоузлы. Я попала в больницу с диагнозом «двусторонняя пневмония». Однако через пару дней лечащий врач засомневался в диагнозе и направил меня на КТ. Картина была неоднозначная. Я оказалась в институте фтизиатрии, где один узел мне вырезали для исследования. Под вопросом оказались три различных диагноза, в том числе лимфома.

ВО ВСЕ ДВЕРИ

Я не верила или не хотела верить в то, что у меня онкология. Путь к истине был долог. Куда мы только ни обращались! Стучались во все двери. Кто-то советовал иммунолога — и мы шли к нему. Параллельно мама находила знахарку-травницу — и я хваталась и за этот шанс. Мне становилось то лучше, то хуже. Помню, тетя устроила мне консультацию у Пилипчука, разработчика известных фитопрепаратов. И именно от него я услышала: «Хватит экспериментов. Я знаю прекрасного профессора в институте рака, сходите к нему». Профессор, посмотрев результаты анализов, согласился с диагнозом «лимфома» и посоветовал без промедления начинать химиотерапию.

Без промедления не вышло. Все-таки глубоко в сознании укоренилось недоверие к отечественной медицине. Мы еще побывали в широко рекламируемой зарубежной клинике в Киеве. Цены там потрясли. Подсчитав, что понадобится тысяч двести, мы отказались от идеи там лечиться. Я была уже так слаба, что с трудом ходила. При росге метр восемьдесят весила килограммов пятьдесят. В один день муж, взяв меня за руку, твердо сказал: «Все, больше ждать нельзя. Поехали!» В институте рака на нас смотрели с удивлением: «Чего же вы ждали?» Я дотянула до четвертой стадии. Оглядываясь назад, понимаю, что зря теряла время, надо было начинать лечение раньше.

ЩАДЯЩИЙ ВАРИАНТ

Мне назначили восемь блоков химиотерапии. Можно было назначить ударную дозу в короткий срок, а можно было растянуть умеренные дозы на две недели. В моем случае выбрали второй, щадящий, вариант.

Половину курса я безвылазно провела в больнице. В первые дни каждого блока меня помещали в отдельную палату на карантин. Ко мне входили только в масках. Потому что сопротивляемость организма инфекциям резко надета и был риск не справиться с обычной простудой.

Некоторые препараты надо было покупать самим. В аптеках их было не найти. От пациента к пациенту передавались контакты фирм-поставщиков, располагавшихся где-то под Киевом. Это были хорошие импортные препараты, лучше очищенные, чем наши аналоги, дающие минимальные побочные эффекты. Но при этом очень недешевые.

В этот непростой период жизни мне выпала возможность убедиться, насколько люди добры и отзывчивы. Родственники разместили на своем сайте объявление с просьбой о помощи. И люди, никогда в глаза меня не видевшие, переводили деньги, кто сколько мог. Бабушка с детства прививала мне веру в людскую доброту, с ней я выросла. Для меня самой делиться всегда было нормой. И я увидела, что не только для меня.

ЗАЯЦ В КЕДАХ

Больничная атмосфера угнетала. Ты живешь от капельницы к капельнице. Вокруг умирают люди. Впервые я столкнулась со смертью еще в институте фтизиатрии. Буквально на второй день не стало одной из моих соседок по палате. Другая постоянно плакала, переживая, как там без мамы ее маленький ребенок. Чтобы отрешиться от невыносимой тяжести бытия, интуитивно я потянулась к рисованию, хотя художественным талантом никогда не отличалась. Попросила мужа принести мне карандаши и бумагу. Первые рисунки были корявые, неуверенные, но меня это не смущало. Погружение в творчество — это уход в параллельный мир. Ты ускользаешь от проблем, черпаешь силы, радость и вдохновение из нового источника, становишься сильнее. Я рисовала все подряд. Модели одежды, солнышко, смешного зайца в кедах, карикатуры.

В институте рака страсть к рисованию вспыхнула с новой силой. Хотелось привнести больше красок в больничные будни, поднять себе настроение, отвлечься. На этот раз я попросила принести мне гуашь. Рисовала яркие, веселые картинки. Постепенно выходило все лучше и лучше. Я стала сканировать эти рисунки и выкладывать на сайте «Одноклассники». У меня образовалась группа поддержки, круг людей, которые были посвящены в то, через что я прохожу, и с которыми мы общались на эту тему.

От «химии» я менялась внешне. Лицо деформировалось, наливалось водой. Смотрелось это странно: тельце худенькое, а лицо упитанное, с пышными щеками. У всех, кто проходит «химию», один типаж. Потом на прогулках вокруг территории больницы я всегда безошибочно определяла, кто в паре гуляющих лечится, а кто навестить пришел.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.